vrn_opposition (vrn_opposition) wrote,
vrn_opposition
vrn_opposition

Categories:

Роман Хабаров - будущий кандидат в мэры.

Оригинал взят у osenkov в #Встречи. Роман Хабаров
DSC_0046
3 августа в здании Воронежского Дома Ученых состоялось первое интервью-дискуссия из рубрики «Встречи». Гостем мероприятия стал один из первых потенциальных кандидатов в мэры Воронежа Роман Хабаров. О том, какие темы были затронуты, и что обсуждалось в ходе беседы, читайте в этом тексте.

Е.О.: Хочу начать с провокационного вопроса. На прошлой неделе в газете «Мое!» опубликовали материал под заголовком «В Воронеже началась борьба за кресло мэра». Здесь две фотографии — Хабарова и Ашифина. Более того, на сайте газеты «Мое» было написано, что Хабарова уже поддержал оргкомитет. Действительно ли вы являетесь общим кандидатом от оппозиции?

Р.Х.: Никакого голосования по поводу мэрских выборов оргкомитетом не проводилось, соответственно, никакого консолидированного решения о том, что я буду кандидатом от оппозиции, принято не было. Вообще, оргкомитет не имеет фиксированного членства. Если посчитать общее число его участников — то есть не только тех, кто присутствует на каждом собрании — с декабря 2011 года его численность составила около 70 человек. Но, разумеется, существует сложившееся «ядро» людей, которые постоянно участвуют в организации протестных мероприятий. Таких порядка 30. Однако оргкомитет действительно выразил мне не только поддержку, но и поставил перед необходимостью ответить точно, буду ли я выдвигать свою кандидатуру. Мне пришлось сказать «да». Но впереди ещё праймериз. Меня выдвигает движение «Честный город», а его представители также являются частью оргкомитета.

Е.О.: Чем занимается это движение? И какие реальные, конкретные действия оно уже совершило?

Р.Х.: Движение возникло из оргкомитета «За честные выборы». Точнее, «Честный город» — это его часть. В чём разница? Просто под лозунгом «За честные выборы» нельзя заниматься городскими проблемами, а это основная цель нашего движения. Мы занимаемся актуализацией, поиском решений всего комплекса проблем: от коррупции до бездомных животных. Что мы уже сделали? Включились в кампанию по противостоянию добычи никеля в Новохоперском районе, входим в состав движения «В защиту Хопра», я лично был на митинге в Елань-колено. Наш представитель – Анатолий Кравченко — принимает участие во всех остальных мероприятиях. Например, он организовал сбор помощи для пострадавших в Крымске, несмотря на противодействия, которые оказывались этому процессу. И мы продолжаем тщательно изучать город и его проблемы.

Е.О.: Вам ещё нужно собрать определённое количество подписей. Илья Варламов, известный  блоггер, приехал в Омск и не смог этого сделать. Почему вы считаете, что вам это удастся?

Р.Х.: При всей его популярности в интернете и лично моем хорошем к нему отношении, Илья имеет весьма условное отношение к городу, куда приехал баллотироваться, то есть большая часть жителей Омска впервые услышала об этом человеке, только когда он приехал туда. Ну или кто-то помнит его по выступлениям на телеканале «Дождь». Я же к Воронежу имею отношение самое непосредственное: я здесь родился, всю жизнь прожил, и многие воронежцы знают меня не только по оппозиционной деятельности. Именно поэтому я обоснованно рассчитываю, что соберу эти 50 000 подписей. Тем более, я не один буду это делать.

Е.О.: Будете ходить по домам?
Р.Х.: Почему я? У нас есть еще и Анатолий Кравченко

Е.О.: Понятно. Вдвоём?

Р.Х.: Нет. Вы, пожалуйста, не думайте, что «Честный город» — это только Хабаров с Кравченко.

Е.О.: Роман, а сколько процентов планируете набрать? Вы, кандидат Афишин, выдвиженцы от мэра, губернатора — все обладают своими ресурсами. Неужели вы идете, чтобы занять 4-е, 5-е место?

Р.Х.: Конечно, олимпийский принцип –  не наш принцип. Мы идем в эту кампанию не только для того, чтобы говорить «Мы пытались избираться в мэры». Во-первых, пока неизвестно, как будет сформирован кандидатский пул. Еще неизвестен результат праймериз… На данный момент я не являюсь единым кандидатом от оппозиции и оргкомитета. Но одно решение уже четко принято: будут организованы всенародные праймериз кандидата от оппозиции. Мы выйдем на улицы и будем опрашивать людей. Так что конфигурации могут быть разные. От оргкомитета могут быть предложено несколько человек. Кто больше наберет, того и будет поддерживать объединенная оппозиция, того и противопоставят нынешней власти.

Е.О.: Но на последней встрече с Удальцовым Рудаков сказал про Ашифина: «Этот человек – мэр на 90%». Вы согласны с этим утверждением?

Р.Х.: Я присутствовал при этом… Вынужден сказать, что воронежский обком КПРФ в лице его первого секретаря пока не проявляет намерений выставить единого кандидата против партии власти. Это вопрос решаемый, переговоры будут идти, и главная наша цель – изменить способ управления городом. До того как официально определились кандидаты лично про кандидатуру Ашифина мне не хотелось бы высказываться ни в положительном, ни отрицательном смысле. Восхвалять его или искать уязвимые места тоже не буду. Если будет необходимость встретиться лицом к лицу с Ашифиным – мы это сделаем. Но пока это всего лишь слова, сказанные на встрече с Удальцовым. Еще раз говорю: кампания не объявлена, и обсуждать его шансы и тем более подвергать это выражение сомнению и критике не вижу смысла.

Е.О.: Сколько процентов вы хотели бы набрать?

Р.Х.: Мы хотели бы победить.

Е.О.: То есть, если для победы вам хватит 16%, то вы будете этим довольны?

Р.Х.: Дело не в процентах. Наша задача – убедить людей в том, что нынешняя система управления городом действует не в интересах собственных граждан. Если мы это сумеем это донести, то у нас появится шанс победить.

Е.О.: Не так давно, 12 июня, вы выступили на трибуне Марша миллионов. Что вас заставило сменить милицейскую форму на одежды с белыми лентами?

Р.Х.: Во-первых, я форму на одежды с белыми лентами не менял. Милицейскую форму я имею право носить: согласно удостоверению я являюсь майором милиции, у меня имеется воинское звание. Когда я уходил из органов, белые ленты я еще не надевал. И уход мой вообще не был связан с оппозиционной деятельностью: я не прошел аттестацию, потому что ездил за границу и какие-то мои высказывания были положены в решение об увольнении. Тогда это была критика руководства МВД и реформы. От этой позиции я и сейчас не отказался. К оппозиционной деятельности я пришел так же, как и большинство граждан России, – из-за бесстыдных фальсификаций на декабрьских выборах. Когда я, как и многие другие, видел все это безобразие, но нам, гражданам, продолжали врать. В январе я уже вошел в оргкомитет и участвовал во всех процессах. И мое выступление 12 июня не было делегированием. Я был ЛИЧНО приглашен и не спрашивал, почему именно меня попросили подняться на трибуну. Естественно, я не мог не затронуть воронежские проблемы.

Е.О.: Так что же именно вы высказали по поводу реформы МВД?

Р.Х.: Сперва надо сказать, что реформы не было совсем. Было переименование и повышение зарплаты, а это не реформа. Закон о полиции был написан в такой форме, чтобы намеренно ничего не реформировать, чтобы просто кодифицировать все изменения, которые еще не входили в закон о милиции. Те, кто его писал, проделали отличную юридическую работу. Если рассматривать закон в этом ключе, то получился замечательный нормативный акт, который вобрал в себя все новое, что было сделано. Но если цель была создать НОВУЮ службу, то закон о полиции этими критериям не удовлетворяет совершенно, потому что абсолютно ничего не меняет в структуре правоохранительной системы. Полицию обозначили как отдельную службу в МВД, но начальника полиции на федеральном уровне так и не существует. Зато вся эта громоздкая неэффективная структура — осталась. Центральный аппарат МВД – это 9 000 человек. Я даже не имею малейшего представления, чем они там занимаются. Что касается аттестации, то ее целью было дать возможность руководителем мелкого и среднего уровня избавиться о тех, кто не нужен для работы, кто им чем-то мешает. Начальники сами решали для себя, кто хороший, а кто плохой. Никакие объективные критерии в счет не брались.

Е.О.: Как бывшие сослуживцы отреагировали на ваш «переброс» от силовых структур, которые поддерживают нынешнюю власть, к оппозиционным силам?

Р.Х.: После отставки я не сразу стал оппозиционером. Но НЕ все сотрудники, которые поддерживали мою критику МВД и ход её реформы, а также мое разоблачение, положительно к этому отнеслись. Внутри полицейской корпорации люди хотят реформ. Но не все считают, что нужно менять власть, многие до сих пор думают, что лучше — корректировать. Поэтому положительно отнеслись к назначению Колокольцева. Еще в мае я написал достаточно скептическую статью по этому поводу, и сейчас, увы, мой прогноз реализовывается. Взят курс на консервацию того, что происходит в МВД.

Е.О.: Вы позиционируете себя как либертарианец. Скажите, вы, как либертарианец и бывший милиционер в одном лице, как оцениваете поступок «Pussy Riot», которым их административное правонарушение «переквалифицировали» в уголовное?

Р.Х.: С точки зрения эстетической, я не являюсь сторонником «их» искусства. Я считаю, некрасивая картина не может называться «картиной». Понимаю, что на вкус и цвет фломастеры разные, но искусством всё равно не считаю, относиться к творческому не могу. Мы эту тему обсуждали с коллегами. К примеру, если бы в 1975 году они ворвались в мавзолей и говорили «Ленин, прогони Брежнева», это расценивалось бы примерно так же. Но тогда это была бы серьезная статья со словами «исключительной дерзости» и «особенный цинизмом».  Вот состав этого преступления. Действительно, действия их были дерзкими и циничными. Но согласно законам сегодня это мелкое хулиганство. Называть преступлением то, что является мелким хулиганством, – ЭТО как раз мракобесие. Андрей Кураев все, что можно было адекватно выразить от имени церкви, уже сказал. По какой причине происходит этот театр абсурда — непонятно. Свидетелями становятся те, кто таковыми не является. В середине марта или в начале апреля было нереально представить, что звезды мировой музыки и культуры выскажутся в поддержку «Pussy».  Я слышал версию, что дают понять – «Смотрите какие либералы». И с сожалением надо сказать, что это получается. То, что происходит с ними, – неправовая расправа. Государство не имеет права жить по морали. По закону девочки преступления не совершали.

В зале поднялась рука – вопрос задаёт Иван Кондратенко, региональный координатор ассоциации «Голос»:

И.К.: Роман, а на вас ведь после переаттестации уголовное дело завели…

Р.Х.: Дело не завели, а возбудили. (Когда говорят «возбудился», все понимают, о чем идет речь).  Дело действительно возбуждено — о самоуправстве, в отношении меня и еще двух человек, которое приостановлено в связи с тем, что дознаватели не знают, где я есть. То есть мое местонахождение невозможно найти. При этом мы с дознавателем созваниваемся периодически. Сейчас в отношении меня проводятся следственные действия. Это тянется уже 8 месяцев, дело было возбуждено по прямому указанию начальника ГУВД. По сути, состава преступления нет, поэтому вначале было отказ. Затем всё сделали заново. И теперь, так как срок дознания не может быть больше 6 месяцев, дело должно продляться генеральным прокурором. А с этим делом никто в ген.прокуратуру позориться не поедет – мы с адвокатами это прекрасно понимаем. Так что мой статус просто подозреваемого позволяет мне баллотироваться. И то, скорее всего, я скоро от него избавлюсь.

И.К.: Могут ли ваши оппоненты использовать эту информацию для своих целей?

Р.Х.: Скажу больше — это уже используется. Но я готов к подробному публичному разбору данного дела. Если бы я знал в ноябре прошлого года о том, что буду выдвигаться в мэры, я бы сказал: «Давайте возбудим уголовное дело». Это пример, когда любому не понимающему в юриспруденции человеку понятно, что там не просто не преступление – там вообще ничего нет

Следующий вопрос задаёт гость Георгий Мацуга, бывший преподаватель экономики в ВГТУ:

Г.М.: Вы являетесь противником тезиса «Вор должен сидеть в тюрьме», могут ли ваши противники использовать это против вас, сделав софистическое умозаключение типа «Роман Хабаров хочет содействовать преступности»?

Р.Х.: Знаете, а ведь эта фраза родилась не в фильме, а в книге «Эра милосердия» братьев Вайнеров. Если вы ее читали, то должны знать, что там Глеб Жеглов – персонаж отрицательный.  Как и Карлсон – отрицательный, но привлекательный. Да и  Винни-пух т же. Но благодаря гениальной игре Высоцкого Жеглов стал яркой положительной фигурой фильма и его фразы стали моралью. На форуме МВД даже проводился опрос: «Как вы относитесь к Глебу Жеглову?» Так вот, 73% отозвались о нем хорошо, остальные 27% оценили его негативно, хотя у меня есть подозрение, что не все были до конца искренны. И это несмотря на то, что он олицетворяет милиционера  прошлого, которому противопоставлен милосердный, гуманный, боеспособный, решительный Шарапов.  Он — за законность в абсолютном виде. А в этом выражении — «Неважно, как вор попадет в тюрьму» — говорится,  что СРЕДСТВА не важны. Я категорически против. Либо закон соблюдаем, либо закон не соблюдаем. Это то же самое, если дать ребёнку варенье: он же всю банку съест, не остановится. Или не дать – варенье останется цело. А ведь у каждого своя мораль…

Анатолий Кравченко, координатор движения «РосАгит» в Воронеже, вернулся к теме непосредственно выборов:

А.К.: Вы  хотите в Воронеже устроить «мир счастья в отдельно взятом городе». Но при этом наши федеральные структуры (я имею в виду губернатора) не совсем оппозиционны. Как же будет проходить взаимодействие при вашей победе?

Р.Х.: Я рассчитываю на профессиональный, прагматичный подход всех ведомств. Уже подготовлен  комплект документов. Совершенно точно во взаимодействии с правоохранительными структурами мы будем добиваться максимальной открытости. Это лозунг нашей кампании – открытость, прозрачность, честность. Этого мы будем требовать от всех, с кем будем взаимодействовать. Для решения какой-либо проблемы  мы будем приходить, разговаривать, добиваться своего. В пределах городской власти все будет вестись именно в этом ключе. Создадим городскую среду — будет поле для взаимодействий.  По каждому направлению будем работать, адекватно оценивая трудности и проблемы. Я уверен, что при всех особенностях формирования чиновничьего аппарата, диалог получится.

А.К.: А как вы относитесь к прямой представительной демократии? К примеру, формировать бюджет города, исходя из непосредственных потребностей населения.

Р.Х.: Боюсь, в условиях нашего миллионного города это просто невозможно. Идеальная система тем и идеальна, что не достижима. Однако примером того, где эта система всё-таки работает, я думаю, можно считать большинство штатов США. Если говорить не о федеральном уровне, а городах и округах, то там власть волнует только то, что волнует население. Бюджеты делаются из расчета чаяний избирателей. И решения о том, на что тратить городские деньги, принимают непосредственно избиратели — власть чутко относятся к тому, что говорят люди. Идея эта правильная, и мы будем выяснять истинные потребности жителей города и уже исходя из этого не только формировать бюджет, но и планировать действия самого мэра.

А.К.: Есть ли в вашей программе реальные отличия от программ других кандидатов, что-нибудь революционно новое? То, что вы говорите, мы можем услышать и от многих других…

Р.Х.: Вы хотите, чтобы я сказал о конкретных пунктах программы? Я пока не готов: она еще пишется. Но мы будем консультироваться с населением, будем включать в общую платформу интеллектуальные ресурсы всех. Могу сказать одно: программа не отойдет от принципов, которые я заявил. И вообще, я не помню, чтобы какой-нибудь кандидат от власти говорил о принципах открытости и прозрачности – вот вам и революционность.

Иван Кондратенко продолжил «мэрскую» тему:

И.К.: Что насчет формирования команды? Сильный мэр должен формировать сильную программу.

Р.Х.: Когда я говорил о программе, я говорил именно о своей команде. Мэрскую программу пишут именно те люди, которые будут отвечать за выполнение этих пунктов. Кто-то занимается ЖКХ, кто-то – «дорожными» проблемами. Как только мы дойдем до этапа праймериз, моя программа будет полностью представлена и каждый, отвечающий за ту или иную отрасль, подробно по ней отчитается.

Инициативу беседы вновь перехватывает ее ведущий Евгений Осенков, возвращаясь к политическим взглядам Романа Хабарова и к провокационным вопросам:

Е.О.: Либертарианцы, как известно, сторонники легализации наркотиков, проституции. Будет ли меняться стратегия в этом плане?

Р.Х.: К легализации проституции я отношусь положительно. Такое явление существует, но оно контролируется криминалом или криминалом «в погонах», а это плохо. Это то же самое, что запретить производство табуреток. Если мы это сделаем, то в этой отрасли будет «черный нал», подпольный рынок. Это естественно, то же случится с любым продуктом, на который есть спрос. Однако легализацию наркотиков я не поддерживаю – этот товар нельзя продавать.

Е.О.: Даже слабые?

Р.Х.: Минздрав говорит: слабых наркотиков не бывает. Это не тот случай, когда мы можем брать пример с Голландии. И я вовсе не считаю это отходом от моих принципов либерализма. Главное — это право человека, а оно, как известно, заканчивается там, где начинается право другого человека. Существует также такое понятие, как ответственность государства. К примеру, провели бы сейчас среди населения опрос: стоит ли вводить смертную казнь? И я уверен, большинство проголосовало бы «за». А лично я категорически против смертной казни, и именно в таких случаях государство должно взять ответственность за принятие решений, которые не могут быть приняты общенародным голосованием.

Е.О.: А вы поддерживаете ЛГБТ-движение?

Р.Х.: Что значит «поддерживаю»? Каждый человек имеет право за закрытыми дверями делать все, что считает нужным и что не противоречит закону.

Е.О.: То есть все-таки надо запрещать «радужные» встречи?

Р.Х.: Не знаю… Но я бы сказал, что большего для пропаганды ЛГБТ-движения, чем питерское законодательство, сделано еще не было. Если я буду мэром…  В общем, давайте сначала получим заявку на ЛГБТ-митинг, а потом посмотрим, как на нее отреагировать. У меня есть опыт общения с активистами ЛГБТ: во время организации различных мероприятий мы нормально, трезво находили с ними общий язык, люди они адекватные.

Е.О.: А какой из партий вы симпатизируете?

Р.Х.: Я вообще считаю, что принцип партийности – замечательный принцип. Партия – это возможность людям, имеющим сходные политические и идеологические установки, объединиться в некую организацию и добиваться власти. Партия – это и ориентир для избирателей. Кто такой Сидоров Федор Кузьмич – мне не понятно. Но если он из КПРФ, я знаю о его мировоззрениях в экономике, политике. Партия помогает ориентироваться. Лично я симпатизирую Республиканской партии Рыжкова, мне нравится позиция Прохорова, правда, неизвестно, что будет с «Гражданской платформой»…. Из действующих можно назвать «Яблоко», хотя она более «левая», чем я привык, но тоже демократического толка. Я заметил тенденцию: общество движется в сторону левого либерализма. Но это лучше, чем национализм.

Е.О.: Национализм – это плохо?

Р.Х.: Это плохо в той уродливой форме, которая существует у нас. Но! Любое явление, когда его «зажимают», принимает более уродливую форму. И я не готов сейчас явить миру рецепт общения с националистами. Сейчас с точки зрения государства национализм равняется экстремизму. Я лично знаю людей, которые имеют националистические взгляды. Но я так же знаю, что они не будут убивать черных и истреблять евреев. И не будут «наезжать» на ЛГБТ-движение.

Иван Кондратенко вновь переводит беседу в «практическое» русло:

И.К.: Вы будете участвовать в дебатах?

Р.Х.: В принципе, да… (Здесь Роман немного смутился – прим. авт.) Мы готовы к публичной дискуссии с кандидатом от КПРФ, если действительно вместе будем участвовать в выборном процессе. Я сейчас вовсе не бросаю перчатку Ашифину, тем более, вполне возможно, что единым кандидатом от оппозиции по результатам праймериз окажется коммунист.

Евгений Осенков продолжает:

Е.О.: Не размоется ли ваш «стержень» в итоговой программе оргкомитета? Все-таки вы весьма необычный человек: ушли из правоохранительных органов, не согласны с реформой, честный полицейский…

Р.Х.: Если вы говорите не о программе, а личности, то я останусь тем, кто я есть. Соответственно и от своих личных принципов я отходить не собираюсь. И программа будет составлена так, что не будет противоречить моим личностным убеждениям. Она не будет левой, коммунистической.

Е.О.: Как отреагировали близкие на ваше решение баллотироваться?

Р.Х.: Пока настороженно.

Подводя итоги «Встречи», Евгений Осенков наконец задал самый животрепещущий и всех интересующий вопрос:

Е.О.: А у вас есть кошка или собака?

Р.Х.: Да, у меня живет черный кот. Его зовут Аксель.


Фото:
DSC_0059

DSC_0005

DSC_0011

DSC_0012

DSC_0022

DSC_0023

DSC_0026

DSC_0031

DSC_0032

DSC_0037

DSC_0042

DSC_0044

DSC_0045


DSC_0046

DSC_0047

DSC_0047_1

DSC_0052

DSC_0056

DSC_0057

DSC_0058



Subscribe

  • ...

    От редакции: А теперь — добровольцы Пора контролировать волонтеров, слишком уж толково самоорганизовались тысячи людей — это…

  • KermlinRussia: модернизация — это антикоррупция

    Просто, понятно и обосновано. KermlinRussia: модернизация — это антикоррупция Предыдущие колонки известного микроблогера читайте…

  • Экономика России: катастрофа неизбежна

    Оригинал взят у naganoff в Экономика России: катастрофа неизбежна Помните " Пособие по борьбе с пропагандой"? Теперь - и на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments